Нечаев Евгений Павлович, каталог книг

«Живу на свете с весны 1915 года, - писал о себе Евгений Павлович. - Рос без отца: он вернулся с войны, отравленный газом, и вскоре умер. Я был одиннадцатым у матери. В голодном 1921 году тиф на две трети скосил семью.

Хорошо помню годы гражданской междоусобицы. Теперешняя Башкирия оказалась тогда под властью колчаковцев. Потом их отбросили за Урал, а по селам и пришибленным деревенькам бывшей Уфимской губернии долго еще свирепствовали недобитые белоказачьи сотни, налетали пьяные ватаги «зеленых» и кулацкие банды националистов-татар. Одна из таких банд - около пятисот человек - была полностью уничтожена в нашем селе эскадроном красноармейцев. Бой разразился перед рассветом, все мы спасались от пуль за большой русской печью, а потом меня не могли оттащить от окна - все смотрел на заснеженную улицу, где соседи собирали убитых, грузили их в сани и отвозили в овраг, за околицу. Эта ужасная картина неизгладимо врезалась в память, я и сейчас вижу ее отчетливо.

Читать по-печатному меня научили рано, поэтому в школе учился плохо - думал, что я все знаю. Вот и сидел во втором классе два года. Не знаю, что было бы дальше, но приехал в деревню новый учитель - Николай Иванович Крутиков, и забрал нас в ежовые рукавицы.

В 1933 году я окончил в городе Бирске педагогический техникум, после чего проработал три года сельским учителем. Преподавал русский язык и литературу в глухой татарской деревне, где было 440 крестьянских дворов, семь действующих мечетей и только что организованная - первая в округе - школа-семилетка. Педколлектив... три человека. Добавлю к тому же, что татарского языка я не знал, а мои пятиклассники - взаимно - ни одного русского слова.

В 1936 году я оказался в Ленинграде - ушел добровольно в армию и был зачислен курсантом во Второе Ленинградское артиллерийское училище. В 1939-м - выпуск, первое воинское звание «лейтенант» и назначение в полк командиром взвода.

Так началась армейская служба с тяжелыми переходами, боевыми стрельбами, частыми сборами по тревоге. Полк стоял недалеко от границы. Здесь меня приняли в партию.

Потом война. Три с лишним года был в действующей армии, все в том же полку. Крым, Кавказ, Кубань, снова Крым - штурм Сапун-горы и Севастополь. Контузия, два пулевых ранения. Снова фронт: Висла, Одер и заключительное сражение в самом Берлине. Войну я начал командиром батареи дальнобойных орудий, закончил командиром дивизиона.

Демобилизовался из армии в Пскове, в 1954 году в звании подполковника, 13 лет проработал в редакции областной газеты «Псковская правда» и еще 4 года - в Комитете по радиовещанию и телевидению.

Первая моя книжка - сборник военных повестей и рассказов «О тех, кто защищал Родину» - опубликована в 1958 году, в 1960-м переиздана. Еще через два года вышла в свет в сокращенном виде повесть «Под горой Метелихой», в 1966 году книга издана в полном объеме».

...Самое радостное для него событие произошло 30 апреля 1945 года в Берлине. Наблюдательный пункт дивизиона майора Нечаева находился в тот день в полутора километрах от Рейхстага. Неожиданно раздался крик разведчика: «Товарищ майор! Товарищ майор! Наши в Рейхстаге!» Действительно, на восточном фронтоне Рейхстага развевалось красное знамя. Произошло это за несколько дней до официального поднятия флага. Евгений Павлович оставил свою фамилию на стенах поверженного логова фашизма.

Первой задуманной им книгой была повесть «Батарейцы», над которой он начал работать еще в Берлине. Но на ее издание ушло 33 года. В издательствах никак не решались ее выпустить. Сам прошедший все этапы войны, испытавший на себе все ее невзгоды, ужасы и настроения, автор, не скрывая трагизма, чувств рядовых бойцов, описывал те события, участником которых был. Нечаев представил в издательство 11 вариантов этой книги, за это время сменилось три редактора. И только в 1977 году она была напечатана. Сколько же мужества и выдержки пришлось проявить Евгению Павловичу в борьбе за выстраданное им произведение. Затем появилась его новая повесть-«Рядовой третьей сотни». Герои этих книг-бойцы батареи. Он сохранил их всех в своей памяти: офицеров и рядовых, от подносчиков снарядов, заряжающих до шоферов и трактористов. Все они вставали в его книгах живыми, с их общими и индивидуальными чертами характера. И завершающим произведением этого цикла стал роман «Огнем и колесами», в котором отражен столь трудный, порой, казалось бы, неимоверный ратный подвиг артиллеристов, их стойкость, героизм, их переживания. А в батарее, затем дивизионе Нечаева их было несколько сот человек. И всех помнил Евгений Павлович по имени, отчеству. А это свойственно только большому писателю.

Книги Е.П.Нечаева выходили в издательствах Пскова и Москвы. А вот его «Батарейцы» и «Под горой Метелихой» были переизданы Башкирским книжным издательством. Имя Нечаева было широко известно в стране. Он встречался со многими писателями, ежегодно участвовал в Пушкинских днях в Михайловском, возглавлял Союз писателей Пскова. И, конечно, был уважаемым человеком в Пскове. Несколько книг он посвятил его жителям, сражавшимся с фашистами в подполье, партизанских отрядах, поднимавшим свой город из руин после войны.

В каждой книге - судьбы простых советских людей, поднявшихся на борьбу с врагом и победивших его. В каждой его строке - боль и переживания и за ставший родным Псков. Вот как он пишет о городе в романе «На земле опаленной»: «Город жил. Опрокинутый навзничь и распластанный трехлетней ночью оккупации, истерзанный и сожженный, он с трудом приподнялся, чтобы с каменистого берега, обрамленного древней стеной, склониться к реке и увидеть свое отражение...».

Словом журналиста, пером писателя Евгений Павлович Нечаев внес немалый вклад в возрождение послевоенного Пскова и в патриотическое воспитание нескольких поколений псковичей. Его Псков - сильный город, город, который всегда помнит: «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет».